Как создавался самый известный портрет Владимира Путина

Фотограф Платон рассказывает, как он снимал Путина для глянцевого журнала Time.


Тяжелее задания у меня, наверняка, не было. Я фотографировал Путина для обложки глянцевого журнала Time, который именовал его человеком года. И в то, что снимок получится, я не верил до самого конца. Люди из Кремля всегда нам говорили, что максимум, на что он согласится, — репортажная съемка во время интервью, позировать он не будет железно, так как ненавидит смотреть в объектив.
После того как мы приехали в Москву с начальством из Time, которое обязано было брать у Путина интервью, я пять дней и пять ночей торчал в гостинице. На 6-ой день к подъезду подкатила темная кремлевская BMW. Мы ехали полтора часа и в итоге оказались в черном, практически готическом лесу. Снегу — по колено. Нас высадили у ворот в огромной, пятиметровой стенке и стали обыскивать. Два часа я простоял на ужасном холоде, пока люди из КГБ перетряхивали всю мою аппаратуру. Их было несколько 10-ов плюс какое-то количество снайперов по периметру. Наконец, нас пустили внутрь, на дачу Путина. Восемь с половиной часов я промаялся в приемной, где досуг мне скрашивали кремлевский чай, кагэбэшные пирожные и какие-то бутерброды, признаться, незначительно подсохшие. Около 9 часов вечера вышел сторож и произнес: «Сможете идти и готовиться».
Началось интервью. Я стал щелкать своими «лейками» репортажку, но ожидал я не этого, мне был нужен Путин — один на один. Через час либо около того интервью стало подходить к концу, и тут директора Time говорят: «Государь Путин, мы тебе очень благодарны за интервью, но еще есть одна вещь. К чести быть названным человеком года прилагается обязанность — мы должны просить вас сфотографироваться на обложку». Про меня к тому времени все уже давным-давно запамятовали. И тут Джон Хьюи говорит: «Государь президент, мы привезли с собой восхитительного фотографа, его зовут Платон».
Всех выгнали из кабинета, остались только Путин, я и человек 20 из КГБ и Кремля, охрана. Я его спрашиваю: «Скажите, а каково это было — познакомиться с Полом Маккартни?» Дело в том, что я перед съемкой кое-что исследовал. Пересмотрел кучу фото Путина, и на всех он создавал воспоминание очень уверенного в себе, могущественного человека. Но с Маккартни все было совершенно по другому — невзирая на то что они встречались в Кремле, Путин не казался каким-то безумно крутым, он был расслаблен, ему было отлично, он улыбался. Так как массовая культура побеждает политику.
И вправду, когда я спросил Путина про Маккартни, он как-то сразу растаял. Он говорит: «Хорошо». А я говорю: «Я вот, например, огромной фанат Beatles, а вы?» Он говорит: «Я тоже». — «А какая у вас возлюбленная песня?» — «Yesterday». В этот момент я приобнял его за плечо и произнес: «Вы потрясающий мужик». Все эти кагэбэшники просто оцепенели от кошмара. Меня предупреждали, что трогать Путина ни при каких обстоятельствах нельзя, максимум — пожать руку. Но все было нормально. Я его раскусил. Я залез ему в душу. Я сообразил, что все получится. Игра, непременно, стоила свеч.
Фото кликабельны:
Как создавался самый известный портрет Владимира Путина


 

Похожие публикации


Опрос
БЫСТРО ЛИ ГРУЗИТСЯ САЙТ?