Кто, когда и для чего приручил первую кошку

И кошки, и собаки — как остальные представители отряда хищных — происходят от примитивных, похожих на куницу млекопитающих миацидов. Детали разделения этих семейств еще пока плохо понятны, но приблизительно 40 млн лет назад в Северной Америке уже точно обитали предки псовых — прогеспероционы. Древние предки кошачьих, проаилурусы(от греческого «аилурус» — «домашняя кошка»), появились в Евразии и на 10 млн лет позднее. Между 10 и 8 млн лет назад из них выделились огромные кошки, куда включают сегодняшних львов и тигров. Всего же в семействе образовалось восемь сохранившихся до сих пор линий. Скопление случайных мутаций в ДНК происходит с определенной средней скоростью, и количество таких различий в геномах современных кошачьих позволило заметить и датировать все эти действия. Судя по «генетическим часам», линия пумы, включая гепардов, отделилась около 6,7 млн лет назад, линия домашней кошки — 3,4 млн.

Их встреча с псовыми к этому моменту издавна состоялась. Представители разных полушарий, те и остальные быстро расселялись, образовав сложные и запутанные сети исторических миграций. Берингов пролив первыми пересекли кошки, явившись в Америку приблизительно 18,5 млн лет назад. Для местных собак встреча закончилась худо: из наиболее чем 30 аборигенных видов, обитавших тогда на континенте, выжило девять. Кошки оказались исключительными охотниками и смогли вытеснить соперников из большинства экологических ниш. Если подумать, это логично. Во‑первых, они посильнее: скелетные мускулы кошек содержат намного больше «быстрых» мышечных волокон, способных к стремительному и мощному срабатыванию. Собаки больше ориентированы на долгую погоню и выносливость, кошки — на внезапность, скорость и силу. Засадный, а не загонный тип охоты, спринт, а не марафонские дистанции псовых; у гепардов эти черты достигли такого уровня, что эти кошки не выдерживают и нескольких минут стремительного бега.

Во-вторых, у собак больше зубов — в среднем 42 против 30 у кошачьих. Часть из них сохранили поверхности, пригодные для перетирания твердых волокон, и собачьи часто включают растения в состав собственной обыкновенной диеты. Зато только острые кинжаловидные зубы кошек для этого никак не приспособлены, как и их кишечный тракт, куда наиболее маленький, чем у псовых. Они стопроцентные хищники, живущие на чисто мясной, белковой диете. Маленькое количество зубов позволило уменьшить размеры челюсти: морды кошачьих стали плоскими, а сила укуса увеличилась. Оснащены кошки и доп орудием: в отличие от собак, их когти втяжные не стачиваются на бегу, и они с огромной тщательностью следят за остротой этих опасных инструментов. Непонятно, чем бы закончилось древнее противоборство этих двух равно уважаемых семейств, если бы рядом не возник новейший герой, на этот раз урожденный африканец, homo sapiens.

Полезность собачьих умений и готовность подчиняться так очевидны, что собаки стали самым первым видом, прирученным человеком еще в эпоху палеолита, охоты и собирательства, задолго до доместикации лошадок и даже окультуривания злаков. С кошками все намного труднее: собака помогает, лошадь перевозит грузы, скотина дает молоко, но они не дают ничего.
Поэтому длительное время существовали лишь гипотезы о том, как, почему, когда и где они начали жить рядом с людьми. Самой авторитетной была и остается версия «контроля за вредителями», которая связывает возникновение домашних кошек с неолитической революцией — развитием сельского хозяйства, возникновением постоянных крестьянских поселений и необходимостью сохранения излишков продовольствия. Эти амбары и склады мигом стали предметом вожделения бесчисленных грызунов, а следом за ними пришли и кошки, став аккуратными спутниками зарождавшейся цивилизации.
Надежных подтверждений эта гипотеза не имеет до сих пор, хотя большая часть профессионалов склоняется к ней «по совокупы улик». Посреди них принципиальное место занимает захоронение, отысканное в 2004 году на Кипре французским археологом Жаном-Дени Винье. Могильник сохранил останки восьмимесячного котенка, похороненного около 9500 лет назад плечо о плечо с человеком, на расстоянии вытянутой руки. Диких кошек на полуострове нет не было, и животное, разумеется, привезли сюда намеренно, тем наиболее что конкретно сиим временем датированы 1-ые земледельческие поселения Кипра. Люди прибыли сюда из Леванта, местности Плодородного полумесяца, где как раз между 14 и 10 тыс. лет назад в первый раз в истории совершился переход к истинной оседлости и сельскому хозяйству. 9 тыс. лет и кошачьему зубу, найденному при раскопках уже в самом Леванте, на местности современного Израиля. Ну и «генетические часы» скопления мутаций в ДНК сегодняшних домашних кошек указывают на то же время.

Расшифровкой кошачьего генома ученые занялись, не успев покончить с человечьим. Еще начиная с 2000 года Карлос Дрисколл и Стивен О’Брайен(кстати, сейчас работающий в Сколковском институте)собрали образцы ДНК 979 современных кошек из разных государств Евразии и Африки. В том, что домашние произошли от лесных Felis silvestris, колебаний ни у кого не было. Если речь идет не о экзотических породистых животных, домашние похожи на них до полного смешения — и анатомически, и на генном уровне, к тому же они повсевременно скрещиваются вместе. Но геном, вчерне установленный к 2007 году, показал, что одичавшие популяции образуют пять групп с определенными ареалами: европейскую, ближневосточную, центральноазиатскую, китайскую и южноафриканскую. При всем этом домашние кошки, откуда бы они ни были, сохранили следы лишь ближневосточных Felis silvestris lybica. В этом питомцы из Англии, Стране восходящего солнца либо США фактически неотличимы от диких популяций, до сих пор обитающих в Израиле и на Аравийском полуострове.
На плечах гигантов

Тяжело сказать, что было не так с иными подвидами одичавшей кошки. Может быть, одни были очень пугливы, остальные не оказались довольно близко к главным центрам одомашнивания. Так либо по другому, это был альянс по расчету: кошки, совсем неспособные усваивать растительную пищу, получили право фактически свободно разгуливать посреди людей и с аппетитом уничтожать своры кормящихся тут же вредителей. Поколение за поколением они становились все наиболее терпимы к людям, но необходимость добывать пищу не позволяла ослабнуть и инстинктам охотника. Даже сейчас, в отличие от большинства собак, рядовая «квартирная» кошка полностью способна выжить без помощи других. Может быть, что конкретно эта неувязка между ласковыми повадками и независимостью хищника-одиночки создает тот привораживающий контраст чувств, который мы испытываем к ним.

Логично, что до сих пор они не могут повытрепываться тем разнообразием форм, размеров и нравов, какого достигли собаки. Интернациональная кошачья ассоциация(TICA)выделяет всего 58 пород, остальные большие организации — и того меньше. Века жизни плечо о плечо с человеком не достаточно изменили дикую кошку, но история ее одомашнивания еще далековато не закончена. С некоторых пор даже взрослый и довольно свирепый кот время от времени мурлычет. Эту детскую форму поведения они демонстрируют всю жизнь как проявление неотении, сохранения детских черт, обыденного при доместикации животных. Но это лишь один пример: в крайнее время человек в особенности активно меняет и строение кошки, и окраску, стимулируя уже неслучайное сохранение мутаций и выводя самые необыкновенные и миролюбивые породы. С тех пор как кошки поселились в комнате и освободились от необходимости самим добывать пищу, они продолжают терять черты великолепных хищников, но так же быстро приобретают характер замечательных сожителей.

Недаром конкретно люди, по‑видимому, первыми растопили лед в отношениях с кошками. 3600 лет назад обитатели Египта эры Нового королевства начали изготавливать кошачьи скульптуры, а 700 лет спустя превратили кошек в официальный культ, связанный с Баст, богиней любви и домашнего очага. Активная торговля, которую вели египтяне, отдала расселению кошек мощнейший толчок: с караванами и на кораблях они распространились по ближним и дальним странам. В Америку, а потом и Австралию кошки прибыли намного позднее — судя по генетическим данным, совместно с европейскими поселенцами. Люди не возражали, и те расселились по свету «на плечах гигантов», в трюмах и посреди грузов, и во многих регионах стали небезопасным инвазивным видом. В некоторых странах Юго-Западной Азии домашние кошки не встретили диких соплеменниц. Это стимулировало дрейф генов — закрепление случайных признаков, происходящее в силу простых статистических обстоятельств, — и привело к формированию некоторых экзотических восточных пород, включая сиамскую.

В 2017 году появились результаты сопоставления ДНК современных кошек и их древних братьев, которые проявили, что конкретно портовые городка и торговые центры служили очагами их расселения. Здесь кошки были только важны и пользовались всеми «домашними» правами, хотя в жилые комнаты и постели их не пускали еще, видимо, довольно долго. На средневековых портретах просто отыскать парней с борзыми и дам с горностаями, но кошки фактически повсевременно присутствуют в жанровых сценках как обыкновенные кухонные воришки. Не видно на картинах и котов пятнистой окраски, продукта одомашнивания, который быстро «размывается» у диких животных. Таковой вариант возникает только с эры Возрождения, а намеренные пробы разводить кошек в декоративных целях не делались вплоть до XIX века.

Опрос
БЫСТРО ЛИ ГРУЗИТСЯ САЙТ?