Волжские босяки: главные секреты низшей касты в царской России

Происхождение слова босяк понятно не нуждается в дополнительных пояснениях. Босяк мог быть и в обуви, но всё равно босяк, если он оборван и без определённых занятий. В наиблежайшие десятилетия после отмены крепостного права босяки, основным образом из фермеров, заполонили российские городка. Кто мог и желал – нанимались на фабрику не были босяками. Большая часть перебивалось случайными заработками. 
Реальный босяк не трудится
Но были и босяки, полностью довольные своим «социальным статусом». В данной деклассированной, люмпен-пролетарской среде сложились свои общества, вместе занимавшиеся некоторым промыслом и помогавшие своим сочленам. Промысел не был связан с трудом. Это и было основное качество, отличавшее настоящих босяков от всяких там работяг. Босяк принципиально не вкалывает от зари до зари, а ищет себе заработка более «благородным» методом.  
Босяцкая феня
Главными занятиями босяков были мелкое воровство и нищенство. С этими занятиями был связан особенный жаргон босяков. Нищенство называлось «рукопротяжной фабрикой». Если кто-то что-то украл – значит, «взял». Самыми обыкновенными предметами уличного воровства были «шмели»(кошельки)и «бочонки»(часы). Сбыть краденое – значит «спулить».В босяцком деле приходилось хорониться не только лишь от «фараонов»(слово не требует перевода), да и от «пауков». Пауками назывались переодетые полицейские. Их в особенности опасались те, кто работал на «рукопротяжной фабрике». «Пауки» определяли таких задержанных в работные дома, откуда босяки норовили убежать при первом комфортном случае. Босяк был должен иметь заместо «глаз», то есть реального паспорта, «куклим» – липовый паспорт. Но высшим шиком для босяка было обмануть «фигляра»(полицейского, проверявшего паспортный режим)пустой бумажкой. Сделать это можно было только, когда милиция устраивала массовые проверки – тогда «фигляр» мог не заметить пустой бумажки в куче «куклимов» либо кого-либо пропустить и забыть спросить у него документ. Основное в деятельности босяка было не «сгореть», то есть не попасться «фараону», а если уж тот увидел «босяка», нужно было срочно «нарезать винта», то есть удирать. Босяки держались собственного рода артелями и каждый приносил свою выручку в общак. Удачное дело 1-го босяка превращалось в удачу целой босяцкой шайки. В ознаменование удавшейся кражи либо выгодного попрошайничества устраивался «слам», то есть товарищеская попойка. Такая и описана в финале пьесы Горьковатого «На дне». 
Пристанища босяков
«Волжскими» босяков называли время от времени по трём причинам. Во-первых, основная масса деклассированного элемента в Рф шла конкретно из Поволжья, где почаще всего вспыхивали повторяющиеся голодовки в деревне. Поэтому там было в особенности много сельского пролетариата, наполнявшего городка. Во-вторых, конкретно город Нижний Новгород – огромной торговый город на Волге, с его более различными видами экономической деятельности – представлял и больший простор для развития «босячества». В-третьих, в особенности много босяков этот город притянул в связи с проведением там ежегодных торговых ярмарок, но основное – всероссийской торгово-промышленной выставки в 1896 году. Но колонии босяков были разбросаны по всем огромным русским городкам. В особенности много их было в С.-Петербурге и Москве. Их местообитанием стали бессчетные ночлежки. Эти дома, предоставлявшие своим постояльцам древесные нары(«шхеры» на босяцкой фене)для ночлега, также имелись во многих городах Рф. Они представляли собой доходный бизнес для их хозяев. В некоторых таких домах на ночь набивалось больше тысячи человек, а особых расходов для них не требовалось. Место «на шхерах» стоило гривенник, а под «шхерами» и совсем пятачок.  Один из этих домов, в Петербурге, содержал купец Макокин, и его ночлежку босяки прозвали «в гостях у графа Морковкина». Другую известную ночлежку в северной столице держал купец Пономарёв. Ночлежный дом Бугрова в Нижнем Новгороде вместе с его обычными жителями запечатлён на ряде знаменитых жанровых фото Максима Дмитриева. 
Типы босяков
Соответствующими типажами босяков, которые по собственной воле не задерживались в работных домах, а тут же стремились улизнуть, чтобы заняться своим «благородным» промыслом, были проф нищие(калеки и трудоспособные, также женщины с небольшим ребёнком), взрослые воры, беспризорные мальчишки. Но были и те, кто занимался промыслом почище.  Так, у Анатолия Бахтиарова описан интеллигентный босяк-авантюрист, прикидывавшийся странствующим монахом. Он каким-то образом узнавал про долго отсутствовавших в городке известных и богатых лиц, про которых издавна не было вестей. «Странник» именовался братом такого лица и писал от его имени прочувствованные письма к его знакомым из высшего общества. В этих письмах он просил о помощи, указывая, что попал в беду. Взятый им в долю напарник – босяк из ночлежки – прогуливался посыльным к сиим знакомым и приносил данные ими взаймы средства.  Типично, что напарник не сделал пробы присвоить себе полностью хоть одну из этих сумм и в конце этого компании получил от «странника» обещанную долю. Совершив это дело, «странник» отправился на подобную авантюру в иной город, заметив при всем этом, что со своим талантом нигде не пропадёт. Посреди босяков преобладали выходцы из фермеров и мелких мещан, но попадались и опустившиеся потомки духовных лиц и даже дворян. Описания разных типажей босяков, посреди которых тоже был «богомольный странник», оставил нам и Максим Горьковатый. Тогдашнему образованному, оппозиционному к власти российскому обществу, босяки, самим своим существованием бросавшие вызов общепринятым нормам закона и морали, казались кое-чем неизмеримо высочайшим в духовном плане, образцом и светочем свободы, при всем этом – олицетворением «лучшего в народе», каких-либо скрытых потенций российского народа-богоносца… А это была, в сути, блатная и приблатнённая шпана. 
Волжские босяки: главные секреты низшей касты в царской России

Опрос
БЫСТРО ЛИ ГРУЗИТСЯ САЙТ?